Французский бульвар, 42

Герб Одессы


Дача Маврокордато


Использование материалов сайта только с согласия автора.


Эта ограда наверно самая великолепная на Французском бульваре, и наверно каждый, даже самый равнодушный к архитектуре человек хоть раз, да обращал на неё внимание…

Ограда эта — дачи Маврокордато, а Маврокордато — одно из самых багатых семейств изначальной Одессы.

Главные ворота дачи Маврокордато. Через решетку виден сам особняк

Ограда вышла настолько удачной, что стала предметом для прямого копирования — такая же появилась перед особняком Конельского на улице Белинского, да и уже в наше время была в точности повторена напротив, дом 67.

Интересно и то, что построена она в нарушении негласного регламента, запрещавшего строить на Французском бульваре по фасаду сплошные, непрозрачные каменные заборы. Но для этой ограды было сделано исключение, и спасибо за это.

Главные ворота изнутри. Они находились на одной линии с главным фасадом дачи.

Рядом, правее — еще одни ворота в том же стиле —

Но они и шире и выше, и предназначение их — въездные ворота для экипажей, как конных, так и самодвижущихся. Ведь, кстати, у хозяина дачи был самый большой в Одессе автомобиль. Вот только марку пока не удалось установить.

Вполне может быть что на этом тщательно закрашенном панно была какая либо надпись, скажем «Маврокордато», как тут —

Рисунок решетки повторяет в элементах решетку главных ворот.

Ограда в целом сохранилась в первозданном виде. Хотя есть и то, что утрачено, видимо навсегда — пилоны ограды наверху украшали вазы. О них даже упоминает Катаев:

По обе стороны — виллы одесских богачей : — вилла Маврокордато — каменная серая стена, как бы составленная из каменных глухих арок с вазами наверху, за которыми угадывается роскошный южный сад…*


*Валентин Катаев,»Кладбище в Скулянах»

Кстати те, кто делал копию этой ограды на Французском бульваре, 67 видимо не знали о том, что здесь были вазы, а жаль, так бы хоть в одном месте можно было бы увидеть как это выглядело…

Вазы крупным планом — это единственное найденное их изображение. Точной датировки снимка у меня нет, но это предвоенный снимок, —

— так как на снимке, сделанном в 1942 году ваз уже нет. Полностью их к тому времени сняли или частично, не известно, так же и то, по какой причине их убрали…

А это фотография из личного архива одесского скульптора Михаила Петросянца на снимке он с женой, после возвращений из лагеря, на фоне ворот дачи Маврокордато, 1953

Кадр из фильма «Капитан Немо», 1975

Прекрасная решетка ограды дачи Маврокордато стала героем многих фильмов Одесской киностудии. Например — «Повесть о первой любви» (1957), или «Капитан Немо» (1975) — кадр именно из этого фильма — вверху. Глядя на него можно даже представить себе Французский бульвар последних лет Империи…

Что-ж, мы побрадили вдоль ограды, теперь пора  познакомиться с её историей Как я уже обозначил, дача эта, решетка, усадьба, парк, построены здесь семьей Маврокордато, к истории которых мы сейчас перейдем, но в начале несколько слов о том, что было до них. Герцог Ришелье, с целью облагородить близлежащие к Одессе местности, щедрою рукою раздавал здесь земли всем, кому пожелает, с единственным условием — действительно земли эти должны были быть облагорожены, обустроены. Требовалось построить каменный дом, разбить парк и /или виноградник. Наделы были фантастические — под сорок гектар каждый. Но земли раздавались в начале только по приморской стороне Малофонтанской дороги, как тогда назывался Французский бульвар, а напротив же было решено устроить Лицейский парк, где могли в тени высаженных там деревьев, прогуливаться лицеисты в перерывах между занятий. Но парк так и не высадили, и земли эти потихоньку город стал продавть. Согласно карте 1855 года на территории, где сейчас дача Маврокордато — огромная дача Сафонова.

Фрамент «Плана города Одессы», 1855 год.

«План города Одессы К. Висковского», 1881. фрагмент

Следующая карта — 1881 года, и здесь мы уже можем прочесть фамилию Маврокордата, но увы — это не «наша» дача, здесь речь идет о соседней даче Федора Матвеевича Маврокордато, Французский бульвар, 44, где позже возникла Школа слепых. На месте же будущей рассматриваемой нами дачи — дача Кортацци, окуда позже будет отрезана полоска, сопоставимая с дачей Федора Матвеевича.

Теперь самое время перейти к семье Маврокордато.

В основе приводимых данных — большая работа в изучении истории этой семьи, которую провел Виталий Сочалов, так же хочу поблагодарить Виктора Михальченко за предоставленные сведенья.

Для любого увлекающегося историей Одессы фамилии Маврокордато, Родоканаки, Ралли, Петрококино, Севастопуло прекрасно известны.  Всё это знаменитые одесские семьи греческого происхождения, впрочем, прекрасно известные и за пределами Одессы – в России в целом и во всей Европе. Все они – выходцы из острова Хиос, все – выдающиеся по масштабу негоцианты, конторы которых были на очень видных местах в Одессе и Петербурге, Триесте, Марселе, Париже и Лондоне и других городах. Непосредственно же род Маврокордато имел в своём «послужном списке» господарей Молдавии и Валахии..Вот например один из последних —

Nicholas Mavrocordatos Правитель Молдавии 1710-15 и затем Валахии, 1715-1730

При этом, как и многие греки, Маврокордато появились в Одессе с самого основания города. Об этом говорит, например, известный исследователь хиосских греков В. Томазов отыскавший свидетельства первого появлении представителей рода Маврокордато в Одессе, которое датируется еще 1798 годом. Речь идет о  постановлении Одесского городского для иностранных граждан магистрата от 9 января 1798 по поводу ходатайства турецкого подданного Лурензо Стаматиевича Маврогордато (Lorenzo Stomati Mavrocordat)  –»уроженец … Атаманской Порты, холост, выехал из Турции в Российскую Империю «тому три года».[1] По свидетельству одесской карантинной службы, Л. Маврогордато жил «по купеческой коммерции» в Одессе. В 1797 году он обратился с просьбой о разрешении на принятие российского подданства и внесения его во II-ю купеческую гильдию г. Одессы, в связи с чем объявил капитал в 10 тысяч рублей. Через четверть века после этого,  1822 году, состоится знаменитая «Хиоская резня», когда турки вырезали несколько десятков тысяч греков, начиная от детей старше трех лет. О том, что это «мероприятие» готовится, было известно, и чтобы остановить надвигающуюся резню, трое самых известных людей острова Хиос в январе 1822 года отправились в Константинополе к турецкому султану Махмуду II (Mehmed II), предложив себя в качестве добровольных заложников. Были там  знакомые нам фамилии – Ралли, еще одна – Родоканаки, а именно – Панделий Родоканаки (Pandely Rodokanaki), прадедушка владельца дачи, Матвея Николаевича (по материнской линии). Всем троим султан велел отрубить головы.

Бизнес хиоских семей, что Маврокордато, что других, представлял собой золотую жилу тех лет – хлебную торговлю, а именно поставку зерна на рынки Европы из России, и всё, что с этим связано. Представители семьи даже организовали специальную биржу в Лондоне. А в Марселе до сих пор есть улица Родоканаки, настолько большим был успех хиоских греков тогда. И все они всегда были связаны с Одессой. Маврокордато наладили торговый и банковский бизнес, основав торговые и банковские дома в Одессе, Херсоне, Николаеве и Ростове-на-Дону. А Федор Маврокордато был одним из основателей Санкт Петербургского Международного Коммерческого банка.
При этом нужно сказать, что все предприятия носителей этой фамилии были независимы. Ветви рода обращались друг к другу за помощью только в случае крайней необходимости.

Первым владельцем дачи на Французском бульваре был Николай Матвеевич Маврокордато (Nikolay Matveevich Mavrocordato), поэтому о нём подробнее. Он, как и его отец, были совладельцами самой известной греческой фирмы Юга России, торгового, а потом и банкирского дома «Ф.П. Родоканаки и Ко», одного из крупнейших и долговечных в дореволюционные времена. Его основателем был коммерции советник Федор Павлович Родоканаки (Feodor Pavlovich Rodokanaki), легендарная личность среди деловых людей тех лет. Организованный им банкирский дом стоял «во главе из значительнейших на Юге торговых фирм, начиная с 1819 года».[2]  Позднее Югом дело не ограничилось – открыв филиал в Санкт-Петербурге, «Ф.П. Родоканаки и Ко» быстро стал первым по обороту зерна на всем северо-западе Империи.

Николай Матвеевич пользовался большим доверием Федора Павловича Родоканаки, проявив себя опытным и талантливым коммерсантом и порядочным человеком. Родоканаки сделал его компаньоном в своем торговом доме и привлекал к управлению в различных предприятиях. С 1882 года  Николай Матвеевич – одесский I-й гильдии купец, коим он прибывал непрерывно 12 лет, исправно платя соответствующие купеческие повинности.[3]

Все перечисленные выше, наряду с другими, менее известными в Одессе, фамилии хиоских греков  представляли из себя помимо того, что могучий финансовый клан, еще и клан семейный, весьма сплоченный – в нём было принято непременно жениться только на «своих». Поэтому представитель любой из перечисленных фамилий непременно будет родственником любой другой фамилии. Николай Матвеевич был например был Федору Павловичу Родоканаки троюродным племянником. А раз принято семейный клан не расширять, то и супругой Николая Матвеевича Маврокордато стала дочь Федора Павловича Родоканаки. Аридана Федоровна Родоканаки (Ariadna Feodorovna Rodokanaki) (и при этом троюродная сестра Николая Матвеевича). Венчание состоялось 18 января 1861 года в одесской Греческой Свято-Троицкой церкви:

18 января 1861 года венчались греческоподданный Николай Маврокордато, первым, 29 лет и девица Ариадна дочь коммерции советника Феодора Родоканаки, первым, 20 лет.
Поручители: отец ее ком. сов. Феодор Родоканаки.[4]

Ариадна Федоровна родилась в Одессе и имела российской подданство. А вот Николай Матвеевич Маврокордато оставался греческоподанным до конца дней. Но его родина о. Хиос при его жизни так и не получил свободу, оставаясь  до ноября 1912 года территорией Османской Империи.

Помимо обычных экспортно-импортных операций, постепенно стали организовывать переработку продаваемого зерна. 1 октября 1880 года была организовано мельничное производство, позволявшее продавать теперь изделия из переработки зерна. В Одессе мельницу основали вместе с Евгением Ивановичем Шульцем. В Севастополе,  у Южной бухты, в 1880 году Ф.П.Родоканаки его сын Перикл Родоканаки и зять Николай Матвеевич организовали Товарищества «Новороссийской паровой мельницы».[5] Как и многие другие одесские предприниматели, с постепенным спадом хлебного бума середины XIX века, одесские Маврокордато были вынуждены искать новое направление работы, выгодное вложение средств, изымаемых из торгового оборота. и таким выгодным вкладом были доходные дома. Не зря ведь в Петербурге ходила поговорка — «лучше иметь один доходный дом в Петербурге, чем два золотых прииска в Сибири». Поэтому Николай Матвеевич также вкладывал изрядные суммы в недвижимость.  В 1875 году Николай Матвеевич покупает два дома в Одессе – на  Казарменной, 4 (по страховой оценке 1893 года 40000 рублей), а второй дом он выкупает с публичных торгов 22 декабря на углу Греческой, №23 и Ришельевской, №12 за 125000 рублей. Ариадна Федоровна совершала не менее дорогостоящие покупки. Так 19 июля 1878 года она выкупила прекрасный дом с видом на море на углу Приморской и Преображенской улиц (ул. Преображенская, 2). С двух имений в Бессарабии и двух имений в Польской  губернии семья Н.М. Маврогордато имела стабильный доход, сдавая их арендаторам, которые занимались на ней сельским хозяйством. Так только одно имения в Бессарабской губернии Топалы давало Николаю Матвеевичу 8917 рублей 94 копейки.[6]

Доверие Федора Павловича Родоконаки к Николаю Маврокордато выразилось и в последней воле Федора Павловича – согласно его завещанию, составленном 15 сентября 1872, его душеприказчиками на случай смерти должны были быть жена Ориетта (Генриета, Аргета) Фоминична Родоканаки (урожденная Галати) и сын Перикл, а в случае смерти одного из них – зять Николай Матвеевич Маврокордато.[7] А на следующий день после смерти Федора Павловича 25 февраля 1882 года, был подписан товарищеский договор между Периклом Федоровичем Родоканаки и Николаем Матвеевичем Маврокордато, целью которого было продолжение работы «Торгового дома Ф.П.Родоканаки». Николай Матвеевич вместе с Периклом Федоровичем стали хозяевами финансово-промышленной группы, основанной тестем.

Новым направлением стала банковская деятельность. Был учрежден Одесский Учетный Банк — одно из самых знаменитых учреждений тогдашней деловой Одессы. Его прекрасное здание, выстроенное архитектором Дмитренко (Пушкинская угол Греческой), к счастью, до сих пор украшает наш город. Николай Матвеевич Маврокордато сыграл заметную роль в становлении и развитии банка. В 1885 году его избирают Вице-Председателем Правления банка и уже через два года в 1887 году банк удвоил свой оборот. Его величина впервые превысила 1 млрд. рублей, что было рекордной цифрой для Одессы. Филиалы банка действовали в Николаеве и в Кишиневе.[8]

Николай Матвеевич близко дружил с Григорием Григорьевичем Маразли и принимал активное участие в управляющем совете Одесского Греческого благотворительного общества. Для Николая Матвеевича это училище тоже стало особой заботой. Помимо этого, они вместе с Маразли принимали участие в разных благотворительных проектах.

1889-1905 гг. – Николай Матвеевич —  член Черноморского Яхт-Клуба

Именно Николай Матвеевич Маврокордато купил этот участок земли на Малофонтанской дороге, как тогда именовался Французском бульваре. Земля была куплена у австрийско-подданного Альфреда Ильича Тработти (Alfred Ilych Trabotti) (сменившего позднее Николая Матвеевича на посту вице-председателя в Одесском Учетном банке) и его соседа Марка Федоровича Рафаловича (Mark Fedorovich Rafalovich). 12 августа 1887 года, они продали Николаю Матвеевичу 4 десятины 2199 кв. сажени и 990 кв. саженей своих участков на Малом Фонтане соответственно. После отчуждения в пользу Одессы полосы для строительства дороги общая площадь дачи составила 5 десятин 497,84 квадратных саженей.[9] Участок начинался от Малофонтанской дороги и тянулся полосой до Аркадийской дороги, тогда только проектируемой, и которая ныне известна как проспект Шевченко. Справа располагалась дача близкого родственника, наследника торгового дома «Федор Маврокордато и Ко», а напротив по Малофонтанской дороге была дача упоминавшегося уже Евгения Ивановича Шульца.

«План города Одессы», 1888, Издание Ильина, Санкт-Петербург, фрагмент. На карте — участки Рафаловича, Ефруси и Тработи. У Рафаловича и Тработи и будут выкуплены участки, образовавшие дачу Николая, а затем Матвея Маврокордато.

План города Одессы издание К. Висковского, 1891 год., фрагмент. Первый раз на карте — две дачи Маврокордато рядом.

Постепенно «золотой век» хлебной торговли закончился, Одесса даже уступила лидерство как крупнейший по обороту порт Черного моря румынским портам. Причин было не мало, основными — запрет на вывоз хлеба из России из-за неурожая и начавшегося голода в 1891 году. На следующий год летом разрешили экспорт зерна, но было вывезено в 4 раза меньше в 1892 г., чем в том же 1889 в связи с переориентацией Европы на другие рынки закупки зерна. Кроме того, эта ситуация сильно снизила цены на русский хлеб.[10] Всё это не могло не сказаться на предприятиях  «Ф.П.Родоканаки и Ко». Снизились обороты и у «Товарищества Новороссийской паровой мельницы», пострадал банковский бизнес Одесского Учетного банка, так как он кредитовал торговцев зерном и из-за форс-мажора они не могли рассчитаться по кредитам, а залоговое зерно упало в цене от залоговой цены. Удар пришелся и по страховщикам — компания, страховавшая морские перевозки, была вынуждена компенсировать форс-мажорные обстоятельства заказчикам в Европе за недопоставленный товар. Более того, вся эта критическая ситуация и бремя управления в ней торговым домом «Ф. Родоканаки» сказались на здоровье Николая Матвеевича – у него начал прогрессировать порок сердца. В 1892 году Н. М. Маврокордато вынужден был уйти с должности Вице-Председателя Одесского Ученого банка. А в мае следующего, 1893-го года он скончался. Газета «Одесский листок» 30 мая 1893 года в №138 сообщала:

Вчера проходили похороны одного из наиболее видных представителей одесской греческой колонии, Николая Матвеевича Маврокордато. Среди многочисленной публики, собравшейся отдать последний долг умершему, присутствовали: городской голова Г.Г.Маразли, представители одесской греческой колонии, эфоры греческого благотворительного общества, председатель одесского биржевого комитета Е.И.Шульц, многие представители высшего местного общества, воспитанники греческого коммерческого училища и др.лица. Отпевание происходило в греческой Свято-Троицкой церкви. На гробе возложено много венков. В том числе от греческих учебных заведений и Греческого Благотворительного общества.

1 февраля 1900 в Вене в 59-летнем возрасте от воспаления дыхательных путей умерла Ариадна Федоровна, вдова Николая Матвеевича Маврокордато. Тело ее было перевезено в Одессу и 16 мая 1900 захоронено на Старом городском кладбище.

У Николая Матвеевича и Ариадны Федоровны Маврокордато было трое детей: два сына – Матвей и Федор, и дочь Вера (Вероника). Вера Николаевна Маврокордато (Vera Nikolayevna Mavrocordato) родилась 21 ноября 1864 в Одессе. Младший сын Федор Николаевич Маврокордато (Fedor Nikolayevich Mavrocordato) родился 28 ноября 1863 в Одессе. Федор Николаевич родился слабым ребенком, со временем у него развился туберкулёз, и, несмотря на все старания родителей, постоянное лечение на лучших курортах мира 26 августа 1882 г. в 19-летнем возрасте, он умер на австрийском курорте Феслау. Похоронили Федора Николаевича в Одессе 8 сентября 1882 г

Старшего сына звали в честь деда, Матвей, Матвей Николаевич Маврокордато (Matvei Nikolayevich Mavrocordato) (11.07.1862, Одесса – 28.06.1912, Одесса), и это следующий наш герой.

В ГАОО храниться завещания Николая Матвеевича Маврогордато и его супруги Ариадны Федоровны, по которым их сын Матвей Николаевич получил миллионное состояние. В немалом списке недвижимости под №8 значилось

8) в дворовом месте с постройками в г. Одессе (приобретено в 1887 г.), на дороге, ведущей к Малому Фонтану, стоющем по высшей из оценок (страховой) – 31000 р.

Необходимо пояснить, что сумма оценки недвижимости для уплаты налога была меньше рыночной стоимости имущества.

Мне точно не известно, выстроил ли тот дом, что мы видим с вами на фотографиях Николай Матвеевич или же уже его сын, Матвей Николаевич. Но вторая версия предпочтительнее, хотя к дому мы вернемся позже, а пока – подробнее о его хозяине, Матвее Николаевиче Маврокордато. Старший сын Ариадны Федоровны и Николая Матвеевича Маврокордато  родился в 11 июня 1862, а 13 августа того же года был крещен в Свято-Троицкой церкви Одессы. Крестными родителями ребенка стали дедушка – коммерции советник Федор Павлович Родоканаки и тётя новорожденного, Ифигения Федоровна Агеласто (Agelasto), урожденная Родоканаки, жена французского подданного Панделия Михайловича Агеласто.[11]

Матвей Николаевич получил домашнее воспитание, затем сразу был привлечен к коммерческой деятельности, пройдя практический коммерческий курс в торговом доме. После достижения Матвеем Николаевичем  25 лет (в этом возрасте он мог быть избираем на выборные должности) Николай Матвеевич записал сына в одном капитале с собой, как I-й гильдии купца. В документах Матвея Николаевича Маврокордато, датируемых 1889 годом, появляется запись о его социальном статусе – «рантье, крупный собственник».[12]

Николай Матвеевич считал необходимым, чтобы сын имел опыт и общественно-государственной деятельности, для чего был выбран пансион Ришельевской гимназии, состоявший на обеспечении одесского купечества и которому торговый дом «Ф.Родоканаки» много помогал. 18 июня 1889 года императорским указом Матвей Николаевич был назначен вторым почетным попечителем Ришельевской гимназии на три год.[13] Должность эта была официальной действительной государственной службой по Министерству Народного Просвещения.

В августе того же,1889 года, Матвей Николаевич подал прошение о переходе в русское подданство. 15 ноября 1889 Матвей Николаевич Маврокордато принял подданство Российской Империи.[14]

18 сентября 1892 г. Императорским указом по Министерству народного просвещения Матвею Николаевичу была продлена служба вторым почетным попечителем Ришельевской гимназии еще на три года. 10 ноября 1895 года и 3 декабря 1898 года он вновь Высочайше утвержденными указами утверждался вторым опекуном той же гимназии. Занимая должность попечителя Ришельевской гимназии, Матвей Николаевич в 1889-1891 гг. ежегодно жертвовал в пользу пансиона гимназии по 1000 руб., а в 1892 г.. – 1100 руб., В 1893 -– 1500 руб., В 1894-1900 гг. – по 1000 руб. ежегодно. В общей сложности пансион получил содержание 12 600 руб. 27 декабря 1900 М.М.Маврокордато по собственному желанию был освобожден от службы, будучи приписан к чиновникам V-го класса. За свою службу Матвей Николаевич был награжден серебряной медалью на Александровской ленте в память царствования Императора Александра III.

27 января 1890 Матвей Николаевич стал почетным смотрителем по хозяйственной части при Одесской Духовной Семинарии, занимая эту должность по 30 марта 1892. На нужды Одесской Духовной Семинарии он пожертвовал 500 руб.

Кроме службы по Ришельевской гимназии, Матвей Николаевич Маврокордато «по мере сил способствовал воспитанию юношества» в качестве почетного  члена Харьковского губернского попечительства детских приютов с 7 февраля 1891 по 25 сентября 1897 года.[15] Здесь он учредил стипендию своего имени в размере 780 рублей для содержание пансионерки в сиротском доме г.Харькова.

Участок Матвея Николаевича граничил слева с т.н. «Школой слепых» – бывшей дачей его троюродного брата Матвея Федоровича Маврокордато, подарившую семейную дачу для нужд Одесского отделения Мариинского Попечительства о слепых, организовавшего здесь школу. Матвей Николаевич также принимал деятельное участие в работе Школы слепых. В 1898 году он пожертвовав 600 руб. на приобретение топлива для ее отопления зимой. За это его избрали пожизненным членом Одесского отделения Мариинского Попечительства о слепых, затем он вошел в состав его Правления, как «участвующий личным трудом в делах и занятиях отделения». В Управляющем Совете Попечительства Матвей Николаевич был представителем от города Одессы. Матвей Николаевич занялся организацией продажи тех товаров, которые производили слепые ученики Школы – щеток, ершей и т.п., для чего проводил встречи и переговоры с одесскими купцами.  Когда же по объективным причинам, например в кризис 1905-го года, сборы падали, Матвей Николаевич организовывал среди купечества сборы средств и сам пожертвовал 500 рублей. В 1899 году М.Н. закупил 555 аршин простыней училищу. 20 мая 1902 года по-соседски прислал пуд слив в подарок детям.[16]

План города Одессы, составл. городск. землемером М.М. Дитерихсом, 1894 г. фрагмент. Справа от дачи Никлая и Матвея Маврокордато — уже Школа слепых.

Матвей Николаевич поддержал финансово начинание Григория Григорьевича Маразли, и стал членом-соревнователем правления в Городской лечебнице (ул. Гаванная, 3), что была первой в России бесплатной больницей для приходящих больных. В мае 1896 года Матвей Николаевич вместе с одесским 2-й гильдии купцом Стильяно Панайотовичем Триархи взяли на себя заботы по перестройке двухэтажного дома, принадлежавшего Одесскому Греческому Благотворительному обществу, который располагался в Удельном переулке. Договор о строительных работах, подписанный между М.Н.Маврокордато и С.П.Триархи, с одной стороны, и подрядчиком Иваном Петровичем Оливье, с другой, предусматривал использование лучших материалов при обустройстве будущей богадельни. Фактическая стоимость работ составила порядка 7500 руб. Договором предусматривалось принятие сооружения заказчиками в конце июля того же года. Контроль работ и расчет со стороны заказчика предполагался еженедельный.[17]

30 июня 1900 Матвей Николаевич получил разрешение на постройку в Греческой богадельне цервки. К 1902  была выстроена прекрасной архитектуры церковь, проект которой создал архитектор и хороший его знакомый, Юрий Милентьевич Дмитренко. 11 августа 1902 года церковь была освещена в честь Николая и Ариадны – родителей Матвея Николаевича.

«Завтрак на даче Маврокордато», в честь освещения церкви в Удельном переулке. 11 августа 1902. Это первая фотография дома на даче Маврокордато.

Он задумал ее как семейную усыпальницу и в том же году перенес со Старого кладбища сюда прах своих родителей и останки его рано умершего брата Федора. Всего в усыпальнице было подготовлено 8 ниш для захоронения. Но помимо перечисленных, там был захоронен только сам устроитель церкви, Матвей Николаевич Маврокордато. Несмотря на наличие в церкви семейной усыпальницы, Матвей Николаевич в феврале 1903 года передал церковь в ведение Греческого Благотворительного Общества, оформив дарственную. При этом он внёс на её содержание 7000.[18]   Затраты же на строительство и убранство церкви составили 80 тыс. рублей. Надо отметить, что в 1900 году накануне постройки церкви в Греческой Богадельне, Матвей Николаевич продал отцовское доходное имение Топалы в Бессарабии.[19] А в ходе строительства церкви был продан дом на ул.Греческая, 20 в 1901 году мясопромышленнику Д. Бенетато.

Главный, парадный фасад здания. Дача не плохо сохранилась. 

Но кое-что потеряно. Например — эркер

Эркер в деталях. Утрачена огригинальная металюческая ажурная решетка балкона, и конечно не было никакого дурацкого навеса на террасе второго этажа.

На башне утрачены купол, шпиль и четыре небольших купола по углам.

На этой фотографии видно, что в проклятое сталинское время все было цело, удивительно… Фотография 1933.

А это кадр из фильма «Удивительный сад», вышедшего на экраны в 1935 году — на балконе вместо ваз стоят бюсты. Наверняка каких-нибудь вождей, поставленных там для съемок. Но главное здесь это еще один утраченный полностью элемент — окаймлявшая этот фасад здания терраса с вазами на углах. Она хорошо видна и на фотографии 1933 года, и на кадре из 1935-го,


— и на этом кадре уже из фильма «Одесса», датирумого 1936-м. Сейчас терраса есть перед главным входм, но справа ее нет вовсе. Да и балясины ее ограды уже стандартные советские санаторнные, так же как и вся ограда балкона.

Матвей Николаевич Маврогордато выполняя посмертную волю отца передал 5000 рублей городу Одессе.[20] На эти деньги в 1897г.оду Комиссия для заведывания городскими лечебными заведениями построила на Куяльницко-Андреевском лимане барак на 28 человек. Помимо этих денег, в завещании отца на благотворительные цели была еще сумма в 11000.

В  1902 году Матвей Николаевич подал прошение о признание его в дворянском звании Российской Империи. В качестве подтверждения старинного аристократического происхождения Матвея Николаевича прикладывались две патриаршие грамоты, выданные Вселенскими Патриархами Анфимом VII от 28 августа 1896 года и сменившим его уроженцем о.Хиос Константином V от 14 августа 1897 года. Подписи обоих первоиерархов были засвидетельствованы в генеральном консульстве Российской Империи в Константинополе. В грамотах подчеркивалось, что

две ветви одного и того же фамильного древа» Маврокордато, дворянский и именитый, отличился многими значительными услугами, оказанными им православной восточной церкви.[21] З

За два года до этого, 16 февраля 1900 года, бывший Патриарх Иерусалимский Никодим I отправил письмо Её Императорскому Величеству Императрице Марии Федоровне, матери Николая II, с просьбой о предоставлении М.Н.Маврокордато дворянского достоинства Российской империи, в котором были такие строки:

Среди моих знакомств в городе Одесса, Господин Матвей Николаевич Маврогордато, происхождением из старинной греческой семьи, состоящей в родстве с фамилией правителей Молдо-Валахии Маврогордато, о чем свидетельствуют документы, имеющиеся у него на руках…

Сам Матвей Николаевич писал в прошении:

Род к которому я принадлежу, происходит с Черногории и две ветки этого рода вступили в минувшем столетии в российское подданство, и за ними признан княжеский титул.[22]

Основанием такому прошению послужил чин Действительного Статского Советника, который якобы был получен отцом Матвея Николаевича. Однако никаких подтверждений таковому нет. Кроме того, по мнению историка В.В.Томазова, много лет изучающего известных хиоских греков, пока не находят документальных подтверждений ни факт присвоения ранга д.с.с. Николаю Матвеевичу  ни генеалогические корни рода Маврогордато в Черногории. Тёмная история… Дворянство Матвей Николаевич, как вы понимаете, так и не получил, причем отказ (в июле 1903 года) он получил публично, через газету, что для человека его положения было довольно не приятно. А вот его сосед по даче, Матвей Федорович дворянство получил, ему даже было разрешено пользоваться собственным, дарованным ему гербом. Объясняется это довольно, на мой взгляд просто – у Матвея Федоровича был орден Владимира, дававший право на дворянство, а у Матвея Николаевича не было ни ордена ни соответствующего чина. Кроме того, в России дворянство не давалось за заслуги перед другими правителями или за деятельность по поддержанию иностранных общин, а требовалось проявить себя на службе Императору России и российскому обществу – именно в этом причину для отказа видит историк В. В. Томазов:

Все, что делалось для Церкви или тем более для иностранных общин, в данном случае греческой, не почиталось российской администрацией достойным рассмотрения для пожалования орденом и званий. Именно поэтому Матвей Николаевич и не смог получить достаточных для дворянства званий и наград. В то время как Матвей Федорович  [авт. наследник Федора Маврогордато] преимущественно жертвовал на российские филантропические общества и казенные заведения – он служил по ведомству Министерства просвещения, но это условная служба – для купцов – попечитель разных гимназий, комитетов и постоянно жертвовал огромные суммы – за это получил орден Владимира 4-ой степени, дававшей право на дворянство.

Пережитый Матвеем Николаевичем в связи с отказа стресс привел к неожиданному результату — он решил жениться! 19 октября (1 ноября по новому стилю) 1903 года в Варваринской церкви с. Корбула, Сорокского уезда, Бессарабской губернии, в возрасте 41 года он обвенчался с  Александрой Тимофеевной Марковой, киевской купчихой, «девицей 34-х годов». Корбул же было имение, которое унаследовала его невеста.[23]

Главным «ударным» элементом фасада безусловно является обильно декорированная башня — ризалит с двумя полукруглыми балконами в обрамлении полуколонн и с изящной беседкой со шпилем наверху. 

фрагмент ужасного отношения к историческому памятнику

Что касается Матвея Николаевича как предпринимателя, или если угодно, бизнесмена, то можно сказать следующеев 1891 году Перикл Федорович Родоканаки, дядя Матвея Николаевича, переехал в Париж на постоянное место жительства. В Одессе он бывал наездами, это привело к увеличению роли Матвея Николаевича, вначале вместе с отцом, в управлении торговым домом «Ф.Родоканаки». В августе 1893, после смерти отца, М.Н.Маврокордато получил право подписи как компаньон торгового дома «Ф. П. Родоканаки», вместо отца. Из отчетов Одесской конторы Государственного банка за это время видно, что фирмы «Ф. Родоканаки» представляли к учету в основном векселя по торговле сахаром, шерстью и различными зерновыми продуктами.[24] Так, в течение второй половины июня 1894 г. торговый дом «Ф. Родоканаки» получил 84 тыс. руб.[25] Кроме того, из отчетов Одесской конторы Государственного банка видно, что дом Родоканаки регулярно высылал в конце 1880-х – первой половины 1890-х гг. крупные суммы денег в адрес своего мукомольного предприятия в Севастополе упр. В начале XX века контрольный Севастопольской мельницы Матвей Николаевич  продал Н.П. Грипари, дипломату, и как писали — пожизненно почетному председателю Севастопольского греческого благотворительного общества, учредителю и великому попечителю общества.[26]

Главный же парадный вход в здание был на боковом фасаде — ничего удивительного, ведь именно с этой стороны подъезжали кареты или автомобили.

здесь также есть фрагмент окаймлявшей фасад террасы.

Наверху балясины парапета — собственно именно такие обрамляли террасу. Такие же сохранились и на двух полукруглых балконах. Скажу больше — точно такими балясинами украшена и ограда дачи…

Одним из весьма успешных деловых проектов было «Товарищества виноделия». В 1891 году Матвей Николаевич занял место Перикла Федоровича Родоканаки в управлении «Товарищества виноделия». При его активном участии  предприятие достигло международного триумфа. В 1900 году на Всемирной выставке в Париже продукция «Товарищества виноделия» была удостоена высшей награды – золотой медали. По докладу Комитета виноградарства ИОСХ от 10 марта 1900 года «Товарищество виноделия» отмечено как крупнейшее предприятие по виноделию в Одессе, с «астрономической стоимостью» 1.300.000 рублей в активах  Надо сказать, что деятельность «Товарищества виноделия».мало известна сейчас, гораздо известнее например завод Редерера — так вот у завода Редерера активы были всего 500.000 рублей. Последний год, когда Матвей Николаевич входил в совет директоров «Товарищества виноделия» был 1902 год. Затем, проводя много времени в имении супруги в Бессарабии, он начал активно заниматься виноделием там. В Корбуле он приобрел дополнительно много земли, где разбил чудесные виноградники.

Внутрь попасть можно, но там все почти уничтожено… Здесь — разве что вот эти первые несколько ступеней, но сам проем явно перегорожен.

Лестница увы тоже санаторных времен, хотя хорошо смотрится.

Сохранились некоторые детали украшения стен — руст, фриз…

   

… и конечно, большие арочные окна, имеющие ответную арочную композицию на стене. Может быть это тоже заделанные окна? 

 

Сам зал за арочными окнами безусловно перегорожен. Вообще найти в здании что-либо времен дачи Маврокордато нереально, все это уже следы приспособления дома для нужд санатория..

Матвей Николаевич Маврокордато по завещанию отца получил большой пай в уставном капитале Одесского Учетного банка и посвятил его деятельности долгие годы. В 1896, 1898 – 1901 гг. он был членом правления банка.  Это было тяжелое время, как указано в докладе правления банка за 1900 год, «рост производительных сил за счет иностранных инвестиции в 1895-6 годах после введения золотого стандарта опережал прирост народного благосостояния, а после прекращения поддержки со стороны иностранного капитал начался застой, стеснение и недостаток денег. Нужда в деньгах была так велика, что, несмотря на рост учетной нормы, спрос на них только возрастал. Но несмотря на все эти сложности прибыль за 1900 год была рекордная для банка».[27]

Другие фасады дачи.

Парковый фасад. Дача была организована по распространенной в те годы схеме — впереди — регулярный парк во регуляроном стиле, хотя в данном случае, как мы увидим, пространство хоть и было распланировано, но совсем не во французском, как это было часто принято, прямоуголном четком стиле, и совсем не так, как сейчас. А вот сзади — естественный парк, в английском «естесственном» стиле. Прямоугольные колонны на террасе — санаторные. 

Балясины этого балкона, так же как и того, что на противоположном, парадном фасаде — санаторные. В целом изначальный вид этого балкона безусловно был другим.

 

Здесь в углу обвалилась штукатурка, обнажив возможно первоначальный цвет здания.

К 1900 году М.Н.Маврокордато стал управляющим имуществом сразу двух крупных торговых домов Юга России. Разберем детальнее такое уникальное событие. Серьезным потрясением для многих стал уход Перикла Родоканаки. На отпевании в Париже 12 ноября 1899 года в Греческой церкви на ул. Бизе, 7 присутствовал и проживающий там М.Ф. Маврокордато.[28] Перикл Федорович ушел рано в 59 лет, за год до этого он составил завещание, по которому все имущество он завещал приемному сыну, Павлу Станиславовичу Юрьевичу, который должен был вступить в наследство через пять лет после смерти отца.

До истечение этого времени все движимое и недвижимое имущество поступает в распоряжение моих душеприказчиков личного почетного гражданина Константина Петровича Калоти и племянника моего, Одесскаго 1-й гильдии купца Матвея Николаевича Маврокордато, которые должны ликвидировать все мои дела причем им предоставляется право продажи залога отдачи аренду этих имуществ по их усмотрению.[29]

Троюродный брат Матвея Николаевича, Матвей Федорович Маврокордато, наследник торгового дома «Ф.Маврокордато и Ко» в Одессе не стал продолжать успешный бизнес отца Федора Матвеевича, и все свои усилия направил на общественное благо, служа попечителем в различных организациях и помогая в  благотворительных проектах, за что как мы помним, был удостоен дворянского звания. Смерть его отца в 55 лет, уход Перикла Родоканаки и ряда других родственников заставили его задуматься о том, чтобы написать завещание. Матвей Федорович семьи не имел и сделал своим наследником и распорядителем имущества Матвея Николаевича Маврокордато. Таким образом, Матвей Николаевич в начале ХХ века стал распорядителем в делах двух торговых домов, которые строили родственные ветки Маврокордато, «Федор Маврокордато и К°» и «Ф.П. Родоканаки» прославившихся в Одессе в ХIХ веке.

Боковой фасад. Этот фасад тоже имеет утраты. Возможно здесь тоже была некая терраса по типу той, что на парадном и парковом фасадах. Её очертания будет видно ниже на плане 1916-го года.

Здесь было все совсем по другому. Здесь точно были двери. Детали утраченного можно разглядеть на фото внизу —

Хорошо видны две колоны похоже, коринфского ордера, обрамлявшие выход в тенистый парк перед этим фасадом. За ними виднеются еще две белых колонны… Садовые скамеечки, стульчики…

Дача окружена прекрасным парком

В парке сохранились красивые фонари эпохи сталинского ампира. Хотите веррьте-хотите нет, но это т.н. «вашингтонские фонари», и так они проходили в советских документах….

Эта асфальтовая дорожка — бывший Тработиевский переулок. Он начинается от ворот на Французском бульваре и заканчивался на даче Тработи, почему собственно и получил своё название. А вот эти белые линии — цокольные части заборов, отделявших дачу Маврокордато (слева) и Школу слепых (справа). 

Это — «пограничный столб» — отсюда шла отделявшая дачу Маврокордато от Тработиевского переулка ограда. Спрва — ворота в Тработиевский переулок. Из переулка можно было въехать и на дачу Маврокордато,и в Школу слепых.

Есть забавная легенда о дача Маврокордато. Звучит она так — на даче давалось множество балов, с которых иногда похищали хорошеньких молоденьких девушек и отправляли через подземный ход, прорытый из дома на берег моря, на судно и продавали в турецкие гаремы. Вход в подземный ход был за одной из картин в особняке… Вот так вот. Хотите верьте, хотите нет. Но скажу что таких легенд по Одессе ходит много, и даже о дворе, где я живу ходит точно такая же легенда.

В 1910 году резкое падение цен на хлеб вызвало рекордные убытки Одесского Учетного банка, которые заставили на покрытие долгов направить уставной капитал. В этот тяжелый год ушел из жизни Павел Степанович Ралли и место директора банка и члена правления занял Эдуард Яковлевич Ансельм, многолетний партнер М.Н.Маврокордато.

Наставали тяжелые времена, вот что писал в своем отчете Одесский Учетный банк в 1905 году:

Представляя отчет за 1904 год, мы его охарактеризовали, как наиболее неблагоприятный за все время существования нашего банк, конечно не предполагая, что 1905 год окажется еще хуже…страшные погромы в городах, до невероятности разросшиеся аграрное движение в деревнях, бесконечные и повсеместные стачки рабочих, учащихся и даже чиновников парализовали всякую деятельность и поселили страх и ужас в стране. Последствием такого положение было то что многие потеряв всякую надежду на улучшение, стремились переводить за границу все что можно было реализовать не останавливаясь даже перед крупными жертвами.[30]

Еще будет короткий просвет 1907-1914 гг, но…

В 1903 году Матвей Николаевич заключал сделку по покупке места для строительства нового центрального здания Одесского Учетного банка, на Греческой, 15 (ныне это ул. Пушкинской, 12 угол Греческой). Место было выкуплено у небезызвестного Менделеевича,  владельца «Пассажа». Здесь друзья М.Н.Маврокордато, городской архитектор Ю.М. Дмитренко и строительный подрядчик Ф.О. Гайдуков возвели великолепное здание главной конторы банка.  После переезда в сюда 1906 году новое главное здание оценил председатель П.С.Ралли: —

вышло грандиозно и красиво и главное удобно во всех отношениях, так что остается только пожелать в роскошном здании блестящих дел.[31]

Помимо Одессы, под патронатом Матвея Николаевича были выстроены здания банка в Кишиневе на ул. Колумна,108 (в старом уже не было места складывать деньги поступавших в изобилии вкладов) [32] и в Николаеве на ул. Большой морская, 58. Последнее тоже было построено Ю.М. Дмитренко. Надо отметить, что все результаты сотрудничества М.Н. Маврокордато с  и Ф.О. Гайдуковым стали памятниками архитектуры в наши дни. Кроме здания Учетного банка они выстроили: два здание на ул.Греческой №21 и №25, церковь в Удельном переулке. Возможно и дачу на Французском бульваре выстроили именно ни. Хотя такой авторитетный историк архитектуры как Владимир Тимофеенко называет имя другого архитектора — Гонсиарвскго. В изданном им труде «Зодчі України кінця XVIII — початку XX століть. Біографічний довідник», говоря  Гонсиаровском, он пишет:

Будував вілли й дачі, серед яких:
Дача Маврокордато на Малому Фонтані,
Власна дача на Малому Фонтані,
Дача на Французькому бульварі № 2 тощо.

При этом надо отметить, что помимо Дмитренко и Гонсиоровского семья сотрудничала и с другими архитекторами. Например, мать Матвея Николаевича, Ариадна, сотрудничала с архитектором Павлом Ульриховичем Клейном, об этом говорит найденное мною в ГАОО дело фонда Стрительной Управы

фонд 16 опись 57 дело 123, лист 84
1881
Жены греческо-подданного Николая Матвеевича Маврокордато, Ариадны Маврокордато, ур Родоканаки
Прошение
Представляя при сем план для перестройки магазина в моем доме на Столбовой улице под №58 в 4 части на Тираспольской заставе, честь имею покорнейше просить утвердить таково подписью.
Николай Маврокордато
За Ариадну Маврокордато –
(роспись)
Одесса июля 11 дня 1881
Подписанное прошение поручаю забрать Архитектору Клейну

С Клейном, кстати, в это самое время активно сотрудничал Григорий Маразли, и как раз на Французским бульваре. Но по архитекторскому «почерку» здание дачи Маврокордато скорее или Гонсиоровский или Дмитренко. Если рассматривать версию Тимофеенко  о том, что это Гонсиоровский, то тогда это видимо одна из последних работ архитектора, умершего в 1891 году. И тогда эта постройка отца Матвея Николаевича, Николая Матвеевича, возведенная в период между 1887, когда он купил этот участок и 1890-м, когда Феликс Викентьевич покинул навсегда Одессу. Лично я склоняюсь все же к версии, что дачу (и конечно же, ограду её) выстроили по проекту Юрия Дмитренко в середине-конце 1890-х года. Во всяком случае, благодаря приводимому мной газетному фотографическому снимку, мы точно знаем, что в 1903-м она уже была.

Впрочем, ни у одной из версий нет документальных доказательств.

Об уровне доверия, которое существовало между Юрием Милентьевичем Дмитренко и Матвеем Николаевичем Маврокордато говорит такой забавный факт — Матвей Николаевич 23-го мая 1903 года продал на недельку свою дачу Юрию Милентьевичу, 23-го мая продал, а 31-го мая выкупив обратно. Наверняка это что-то связано с налогами или еще чем-то таким, н тем не менее.

Постепенно и Матвей Николаевич стал отходить от деловой активности, переведя капиталы в банковские вклады. Правда при этом он увлекся проектом развития имения супруги в Корбуле, Сорокского уезда в Бессарабской губернии, проводя там много времени и занимаясь строительством и  виноделием, для чего приобрел дополнительно много земли в округе, разбив там виноградники. Там же, в силу рекомендаций врачей Матвею Николаевичу дышать лесным сосновым воздухом, 300 га возле с.Корбуле были засажены сосной и создан прекрасный парк, которым жители с удовольствием пользовались долгие годы. Городской парк тоже был благоустроен, в нем появилась арена, на которой выступал дрессированный медведь, рядом был вольер с говорящим попугаем. Были выстроены мосты для удобства передвижения, обустроено новое здание инструментальной школы, позже для нужд школы было передано и задние усадьбы. В строительных проектах ему активно помогал его одесский подрядчик Ф.О.Гайдуков. М.Н.Маврокордато планировал строительство новой усадьбы в виде большого замка, но, к сожалению, преждевременная кончина не позволила этому осуществиться. Кроме того, в 1907 году Матвей Николаевич и Александра Тимофеевна раздавали землю выполняя столыпинскую реформу. В результате рядом с Корбуле появилось новое село Певничаны.

Увы, Матвей Николаевич так же как и брат его Федор, страдал туберкулезом, или чахоткой, как говорили тогда. Когда именно у него открылся туберкулез не известно, есть свидетельство, что в 1898 году он провел несколько месяцев на курорте в г. Ницце, климат которой считался полезен для больных чахоткой. В 1900-х гг Матвей Николаевич предпочитал быть в Корбуле. Он еще приезжал в Одессу в это время в общем списке лиц имеющих право быть присяжными заседателями в 1906 году записан «Маврокордато М.Н. 41 год православный собственный дом в Казарменном переулке №14».[33] Но состояния его здоровья ухудшалось. Врачи посоветовали для лечения радикально сменить климат на жаркие страны с сухим климатом, и осенью 1907 года Матвей Николаевич уехал путешествовать, побывав в Алжире и на Кипре.[34] Оттуда он привез уникальную коллекцию оружия, которую он преподнес одесситам. Вот что об этом писали газеты:

М.Н.Маврокордато пожертвовал одесскому музею древностей ценную, большую коллекцию оружия. Коллекция обнимает более 200 нумеров, и между ними имеется весьма ценныя и редкия оружия, к примеру меч 9 века. Коллекция осенью будет выставлена на специально изготовленных щитах и надписью «Дар М.Н.Маврокордато.[35]

В 1908 году Матвей Николаевич продал два дома. Первый — на ул. Екатерининская, 27 достался одному из партнеров, барону и крупному землевладельцу Александру Ивановичу Фальц-Фейну (владельцу дома с атлантами на ул. Гоголя, 7). Второй дом, по Казарменному (ныне Некрасова) переулку, 4 достался князю Александру Павловичу Трубецкому сыну московского уездного предводителя дворянства П.П.Трубецкого, племяннику знаменитого винодела князя Петра Николаевича Трубецкого.[36]

Осенью 1908 года Матвей Николаевич снова уезжает в страны с более сухим климатом. В 1909 году он по адрес-календарю числится как постоянно проживающий в Париже.

Здесь хочу сделать небольшое и увы, печальное отступление — мне не удалось найти ни одного портрета или фотографии никого из этой семьи Маврокордато. Неи удалось их найти и никому из других исследователей.  Так что увы, но ни портрета ни фотографии ни Николая Матвеевича, ни его скпруги, ни Матвея Николаевича или его супруги, ни Веры Николаевны, его сестры нет, конечно, если не считать групповой фотографии «Завтрак на даче Маврокордато» от 1902 года, который я привожу выше — кто-то из тех господ наверняка Матвей Николаевич Маврокордато…. Есть же только фотография Матвея Федоровича Маврокордато (ей бы хорошо детей пугать), — дарителя дачи для Школы слепых. И вот эта — ее приводит в своей книге «Старая Одесса» Александр Михайлович Де Рибас. Книга издана в 1913-м, фотография подписана просто — «Маврокордато». Так и в тексте — «Маврокордато…» Поди пойми кто это. Но судя по костюму, это скорее всего либо Николай Матвеевич, либо Федор Матвеевич.

Фотография из книги «Старая Одесса» Александра Михайловича Де Рибас с подписью —
«Маврокордато»

Последним важным делом Матвея Николаевича было приобретения титула Потомственного Почетного Гражданина — высшего купеческого звания. 15/28 июня 1911 года М.Н.Маврокордато в генеральном консульстве в Париже собственноручно оформил доверенность на Павла Николаевича Соловьева – зауряд-чиновника[37] с полномочием навести справки по делу в Департаменте Герольдии Сената про включение его в состав потомственных почетных граждан Российской Империи с изготовлением диплома, который засвидетельствовал бы этот статус.[38] 27 сентября 1911 Соловьев направил в Правительствующий Сенат ходатайство о возведении Матвея Николаевича и его супруги в Потомственные Почетные граждане. К документам добавлялось свидетельство из Одесской Купеческой Управы, из которого следовало, что он лично состоит в купцах I-й гильдии с 1894 года, а до этого времени он состоял в капитале отца, который стал купцом I-й гильдии в 1882 году. 8 декабря 1911 года было принято положительное решение Сената и 29 декабря содержание указа доведено поверенному М.Н.Мавракордато — Лазару. После уплаты просителем государственной пошлины за присвоение звания в 600 руб. и 25 руб. за изготовление диплома, 23 января 1912 грамота на наследственное почетное гражданство была препровождена из Санкт-Петербурга в канцелярию одесского градоначальника для вручения Матвею Николаевичу. Вместе с мужем в состав потомственных почетных граждан была введена и Александра Тимофеевна Мавроґордато, которая находилась с ним в одном сословном купеческом звании. Через пол года, 28 июня 1912 года, Матвей Николаевич скончался в Корбуле. Тело Матвея Николаевича было согласно его воле, было перевезено в Одессу для захоронения в устроенной им церкви Николая и Ариадны..

Газета «Одесскія новости» от 3 (16) іюля 1912 года №8761 (стр.1):

Газета «Одесскія новости» от 4 (17) іюля 1912 года №8762 (стр. 3):

Газета «Одесскія новости» от 3 (16) іюля 1912 года №8761 (стр. 2):

Кроме всего прочего супруга унаследовала и самый большой в Одессе автомобиль, которым распоряжался М.Н.Маврогордато.

23 августа 1912 года Одесским окружным судом было утверждено духовное завещание М.Н.Маврокордато.[39] Все движимое и недвижимое имущество получила супруга Александра Тимофеевна Маврокордато с правом решения по собственному усмотрению других обязательств. В том числе и дача на Французском бульваре. Сенатские объявление в разделе «О совершенных купчих и данных крепостях, крепостных свидетельствах, об отметке исполнительных листов и о вводе по ним во владение» говорят о утверждении нотариусом наследства:

№112610. 11 января 1913 года румынско-подданная В.Н.Маврокордато на приобретение после смерти пот.поч.гражданина М.Н.Маврогордато, по опред.Окр.суда, дв.м. 2 д. 1456 кв.саж. в г.Одессе на Французском бульваре».[40]

Распорядителями по завещанию были Александра Тимофеевна и И.К.Лазару. Все недвижимое и движимое имущество унаследовала супруга. Своей сестре Вере брат завещал 180 тыс. рублей во исполнение воли матери Ариадны Маврокордато о наследстве внуков.

Над имуществом был назначен опекун — об этом писал Одесский листок 8 марта 1913 г., №57, С. 2

Определением Одесского Сиротского суда присяжный поверенный С.А. Цимбонуло назначен опекуном над имуществом умершего М.Н. Маврокордато в части, касаюейся огромной дачи на Малом Фонтане и дома на Столбовой улице. Этими имуществами г. Цимбонуло будет заведовать впредь до окончания иска о недействительности духовного завещания М.Н. Маврокордато, предъявленного Верой Маврокордато к вдове Александре Маврокордато в Одесском окружном суде.

Т.е чтобы исполнить волю матери и не обидеть Веру Николаевну было решено дачу разделить надвое, для этого было необходимо было оспорить завещание в суде. Решением суда дача на Французском бульваре,№42 была разделена на две части. Таким образом, дача на Французском бульваре, 42, а именно особняк и половина территории, со стороны Французского бульвара, отошла сестре Матвея Николаевича, Вере Николаевне Маврокордато (и по рождению, и по мужу носившей эту фамилию). А отделенная от нее половина, примыкавшая к Аркадийской дороге (проспекту Шевченко) отошла вдове, Александре Тимофеевне. Александра Тимофеевна там выстроила себе новую дачу с помощью Ф.О. Гайдукова.[41]

Вера Николаевна Маврокордато была последней хозяйкой этого дома из семьи Маврокордато. Несколько слов о ней. 6 октября 1890 в одесской греческой Свято-Троицкой церкви состоялось венчание Веры и Георгия Александровича Маврокордато (Georgiy Alexandrovich Mavrocordato), – её дальнего родственника. Её муж принадлежал к молдавской ветви князей Маврокордато, происходившей от гетмана Молдовы Дмитрия Константиновича Маврокордато (Dmitriy Konstantinovich Mavrocordato) (1744-1817 гг., Яссы), сына господаря Молдовы и Валахии Константина Николаевича Маврокордато (Konstantin Nikolayevich Mavrocordato) (1711, Бухарест — 1769, Яссы). Представители этой ветви рода связали свою судьбу с Румынией и играли в ее истории заметную роль – например, Георгий Александрович, уже после свадьбы, стал членом Парламента Румынии и послом Румынии в  России. В качестве приданого Вера получила 500 000 рублей.[42] На полученные деньги 12 июня 1891 года они купили в Румынии владение Васлуи у наследников молдавской княжеской семьи Елены Гика и ее супруга Павла Шубина (Pavel Shubin), российского полковника, с соседними селами, землями и лесами вокруг него.[43] В 1892 году в Васлуи они выстроили дворец, получивший название Casa Mavrocordat, открыли завод по производству кирпича и черепицы.[44]

Вскоре началась Первая Мировая, Вера Николаевна проживала с мужем в Васлуе, в Румынии, в Одессу практически не наведывалась и решила дачу свою продать. Для этого она привлекла того же доверенного Лазару, который 12 января 1916 года продал дачу  сахарозаводчику Гилелю Гершковичу Гепнеру, киевскому I-й гильдии купцу. Геппнер, кстати, купил её для своей супруги, Перли Боруховны, потратив на это 180000 рублей.. Именно из этого дела я привожу ниже план территории дачи, показывающий нам, что организация пространства перед главным фасадом была совершенно иной, нежели сейчас.

Так пространство перед гланым фасадом выглядит сейчас.

Красиво, ничего не скажешь. Особенно хорош бассейн фонтана

Но увы, все это не то, что было задумано и осуществлен Маврокордато. Фонтан, статуи — это постройки времен блеска Советской империи, когда не жалелись средства на украшение и благоустройство санаториев для трудящихся. В эти году не только здесь появилось множество фонтанов со скульптурными группами…

А как же было ? — Вот так — это фрагмент плана дачи в деле о продажее ее Верой Николаевнй Гепнеру, 1916 год.

 Французский бульвар — справа. 

Кадры из фильма «Удивительный сад», режесер — Лазарь Френкель, 1935 год
На этом кадре из упоминавшегося выше фильма «Удивительный сад» (1935 год) возможно как раз тчасть тех самых дорожек с плана 1916-го года. Обратите внимание на большую белую вазу в глубине кадра — возможно она стояла на месте нынешного фонтана.

Кадры из фильма Удивительный сад, 1935 год

Этот кадр сделан в том же ракурсе, — но чуть ближе к дому — в переднем правом углу виден фрагмент с грифоном.

Еще кадр оттуда же. На нем слева — брандмауэрная стена высотой в сажень (2м 16 см), разделявшая дачу маврокордато и Городскую Санаторию (дом 40)

Кадры из фильма Удивительный сад, 1935 год  Еще где-то на даче Маврокордато…

Первая Мировая Война проходила совсем не так, как хотелось тем, кто ее устроил. Она сильно затянулась, увеличивая количество хертв, раненых да и просто задействованных войск. Эти войска надо было где-то размещать. Одессу это тоже затронуло, особенно после открытия Румынского фронта. Городским управлением были реквизированы пустующие дома, учреждения, которые в годы войны «могли подождать», дошел черед и до Французского бульвара. В октябре 1916-го была проведена ревизия особняков и вообще строений на бульваре с целью определить заняты они или нет и сколько в них можно разместить солдат, а вернее офицеров — особняки предназначались под офицерские госпитали. В итоге  9 октября 1916 были составлены «Списки и описания помещений для отведа воинским частям», где об этой даче было коротко сказано:

№42 — Гингера — занято под госпиталь офиц.*

Надо сказать, что точно так же — под офицерские госпитали использовались и соседние дачи — 40 и 44. Фамилию Гингер вместо Гепнер оставим на совести писавшего эти бесконечные списки чиновника. Впрочем господа Гепнер вряд ли сумели должным образом воспользоваться своим приобретением…

*ГАОО 16-124-14549

План города Одесса, издание «ИЗВЕСТИЙ Окружкома КПБУ, 1922 год. фрагмент. Интересно, но только большевики наконец указали владельцем Гепнера. Хотя где был гилель Гепнер в 1922 году?..

В дальнем левом углу плана дачи от 1916-го года виден целый блок хозпостроек. Вто эти два сооружения — единственное, что осталось. 

Миллионное состояние супруга М.Н.Маврокордато Александра Тимофеевна расходовала на благотворительные цели. Не имея детей и потеряв в тот же год свою мать Варвару Васильевну Маркову, которая умерла в возрасте 75 лет в с. Корбул 20 сентября 1912 года (актовая запись о смерти №18 от 23.09.1912 зарегистрирована приходом с.Корбул), Александра Тимофеевна много сделала, чтобы улучшить условия жизни детей, оказавшихся в сложных жизненных обстоятельствах, как в ее имении Корбул, так  и в Одессе. 20 декабря 1913 года Александра Тимофеевна Маврокордато, для увековечения памяти незабвенного мужа Матвея Николаевича Маврокордато и обеспечения полного содержания священника при выстроенной мужем Церкви, сделала вклад в сумме десяти тысяч рублей 4.5% закладных листов Херсонского Земельного Банка в Одесскую контору Государственного Банка на имя Одесского Греческого Благотворительного Общества. Вклад был сделан с тем, чтобы означенный капитал остался бы навсегда неприкосновенным. На проценты от этого вклада Общество обязано выдавать на вечные времена священнику Церкви Богадельни помимо жалованья обеспеченного пятидесяти тысячным вкладом Матвея Николаевича Маврокордато, добавочные столовые деньги в размере не менее тридцати рублей ежемесячно.[45]

7/20 июля 1918 Александра Тимофеевна Маврокордато в память своего покойного мужа предложила принять от нее в дар городу 100 000 руб. на строительство сиротского земледельческого убежища. Деньги предполагалось вносить на счет Попечительского совета убежища в одесскую контору Государственного банка таким порядком: в 1918 — 40 тыс. на заготовку стройматериалов, в январе 1919 — 35 тыс. на строительство и обустройство приюта, а в январе 1920 — 25 тыс. как неприкосновенный капитал убежища. Кроме того, условием Александры Тимофеевны было включение ее, а также ее доверенных лиц М.Ф. Бесчастного и М.П. Пташицкого, в состав Попечительского совета убежища.[46] Замыслу Александры Тимофеевны не суждено было осуществиться вследствие социальных потрясений, уничтожил Российскую империю.

Александра Тимофеевна Маврокордато умерла 6 августа 1944 года в селе Корбуле.[47] Ее похоронили в фамильном склепе, который она устроила для свей матери и для себя возле церкви Св. вмч. Варвары в родном имении, по примеру одесской усыпальницы, где она похоронила мужа. Между двумя нишами захоронений, кстати, расположилась икона с изображением Христа очень подходящая по форме на место центральной иконы в усыпальнице Маврокордато в Одессе, которая считается утраченной. Не исключено, что ее перевезла или повторила сама. Последние года старости ее взял на иждивения один из благодарных жителей Корбула, которому она приобрела мукомольное оборудование и помогла наладить помол самой высококачественной муки в округе. До сих пор жители села Корбул хранят добрую память об Александре Тимофеевне и считают хозяйкой тех мест.

В 2004 году Casa Mavrocordat, построенный Верой и Георгием Маврокордато в Вислуе, получил статус национального исторического памятника. До сих пор библиотека XIX века семьи Маврокордато доступна в Ореховой гостиной дворца. Горожане также помнят Веру Маврокордато за переданное в дар городу плато на его северо-западной окраине для открытия там городского кладбища «Вечность», и постройку церкви на нем освещенной в честь Святой Троицы.[48] Георгий Александрович умер в Ницце 14 февраля 1939, а Вера Николаевна там же 25 октября 1955 г. Оба похоронены на 444-м участке русского кладбища Кокад в Ницце. Рядом с ними покоится их дочь Елизавета (Элиза), которая была перевезена на это кладбище и упокоила с девичьей фамилией.

Санаторий Аркадия.
Вайсфельд Д. Н., Вартанов А. А., Жидовленко Л. Т., Иванов Н. В. Курорты Одессы. Справочник. Изд. 3-е, испр. и доп. Одесса Маяк, 1976


[1] Томазов В.В. «Рід Маврогордато (гілка Нікола) на півдні російської імперії: історико-просопографічне дослідження», Український історичний журнал,  № 2, 2010, C. 215-225

[2] ГАОО. Ф.188. О.1. Д.6. Л.1,3.

[3] РГИА Ф.1343, Оп.40, Д.3106, Л.8.

[4] ГАОО.  Ф. 37, Оп. 3 а., Д. 205. – Л. 300 об. – №301 – Метрическая книга Греческой церкви на 1861 г.

[5] Высочайше утвержденный устав «Товарищества Новороссийской паровой мельницы» //  Полное собрание законов Российской империи, собрание второе. — СПб.: Типография II отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. — Т. LV, отделение первое, 1880, № 61546. — С. 683—690.

[6]  ГАОО Ф.249, Оп.1, Д.1647, Л.7

[7]  ГАОО Ф.188, О.1, Д.4 Л.2-4.

[8] Отчеты Одесского учетного банка 1879-1918 гг.

[9] ГАОО Ф.16, Оп.117, Д.474, Л.210

[10] Одесса: 1794-1894 гг. К столетию города.

[11] РГИА. – Ф.1343. – Оп.36. – Д.14817. – Л.4

[12] РГИА Ф. 1412, Оп. 12, Д. 11, Л. 5.

[13] РГИА Ф. 1343, Оп.36,  Д.14817, Л.6

[14] РГИА. Ф.1412.–Оп.12.–Д.11. – Л.5; Ф.1343.–Оп.40.–Д.3106 . – Л.9; Оп.36.–Д.14817. – Л.1, 4.

[15] РГИА Ф. 1343, Оп.36,  Д.14817, Л.5.

[16] Отчеты состоящего под. августейшим покровительством государіни імператриці Марии Федоровні Совета одесского отделения   попечитетельства Императрицы Марии Александровны о слепых за 1896 -1908 года

[17] ГАОО Ф.765, Оп.1, Спр.9, Л.33–34

[18] РГИА Ф.1343. Оп.36. Д.14817. Л.1

[19] ГАОО Ф.249, Оп.1, Д.1647, Л.243

[20] «Известия Одесской городской думы» за 1-ю половину 1898г. стр. 58-59

[21] РГИА Ф.1343, Оп.36, Д.14817, Л.4,4об,10,11.

[22] РГИА – Ф.1343. – Оп.36. – Д.14817. – Л.4.

[23] РГИА Ф. 1343, Оп. 36, Д. 14817, Л. 11.

[24] Объяснительная записка к отчету Одесской конторы Государственного банка за 1896 г.: РГИА Ф. 587, Оп. 56, Д. 909, Л. 56.

[25] Отчетная записка управляющего Одесской конторой от 4 июля 1894 г.: РГИА Ф.587, Оп. 47, Д. 8, Л. 348.

[26] Георгий Браиловский. Последний хозяин Барановки. Журнал Антиквар, 2012 , №6 (64). Стр. 94 -108.

[27] Отчет «Одесского учетного банка» 1900 г.

[28] ГАОО Ф.188, Оп.1, Д.11, Л.25

[29] ГАОО Ф.188, Оп.1, Д.8, Л.3

[30] Отчет Одесского учетного банка за 1905 год.

[31] Отчет Одесского учетного банка за 1906 год.

[32] Отчет Одесского учетного банка за 1903 год.

[33] Видимо описка, так как в переулке было всего 10 домов в 1906, а его супруге принадлежал дом №4.

[34] А.Каменный. Кто есть кто: 1794-1994. Okfa, 1999 г.,стр.152

[35] Дар М.Н. Маврокордато. Газета Одесскій Листок, 1908 год, 30 мая, No 123.

[36] Петр Николаевич Трубецкой  (5/17 октября 1858—4/17 октября 1911) московский предводитель дворянства, избран в Государственный совет, Председатель самой большой фракции в Государственном совете, руководил земельной комиссии. Владел рядом имений в южных регионах страны, где активно развивал виноделие: в с. Козацком Херсонской губернии, Долматово Таврической губернии и Сочи (Ардуч).

[37] П.Н.Соловьев- помощник секретаря купеческой биржи Одессы, адрес ул.Княжеская, 10. Справочник Вся Одесса 1912 г. –стр.287

[38] РГИА Ф1343.– Оп.40. – Д.3106Б. – Л.2–11.

[39] Санкт-Петербургские Сенатские объявления по казенным, правительственным и судебным делам — 30 ноября 1912 года к № 398 — Стр.1589, №22539

[40] Санкт-Петербургские сенатские объявления по казенным, правительственным и судебным делам. — К № 237 от 29 апреля 1915 года. Отдел 3, №112610  — Стр.944

[41] Из сведение академика архитектуры И.М.Безчастнова.

[42] ГАОО Ф.249, Оп.1, Д.1647, Л.243

[43] [источник]

[44] Сasa Mavroсordat. Интернет-ресурс: https://ro.wikipedia.org/wiki/Casa_Mavrocordat

[45] ГАОО Ф.765, О.1, Д.23, Л.№12

[46] ГАОО Ф.16, Оп.123, Д.1457, Л.1-2об

[47] Актовая запись о смерти №1 от 06.08.1944 зарегистрированная с/c. в Корбуле.

[48] Acta Moldaviae Meridionalis ХХХ vol 2 2009, Краеведческий музей «Штефана Великого» Vaslui, 2009, стр.10


нажав на надпись внизу, вы попадете на описание следующего дома.

Французский Бульвар 44

вернуться в список домов по четной стороне бульвара нажмите здесь

чтобы просмотреть дома на нечетной стороне бульвара — нажмите здесь.

5 thoughts on “Французский бульвар, 42”

  1. Представляете, я в этом доме прожила 8 месяцев!Так уж получилось — лечилась в этом санатории.Моя палата была на втором этаже.Стояло 8 коек.Потом я летом перебралась на балкон — тот, где перила выкрасили белой краской. Я девушкой была очень впечатлительной, и меня очень волновал этот дом — как замок.Помню, что я всех расспрашивала, что здесь было раньше.Но никто не знал. В башенке был кабинет врача.Она была внутри очень уютной. Я там ранним утром, до прихода врача занималась йогой.Потом представляла себе, что я принцесса и живу в этой башне в заточении.

    Вам это,конечно,совсем не интересно читать. Но я очень расчувствовалась,прочитав Ваш такой подробный рассказ о том, что я так часто вспоминала и мучилась, что не знаю, что там было. Неделю назад была в Одессе и опять возвращалась в этот санаторий, к этому дому. А сегодня — как подарок — Ваш сайт.

    Большое Вам СПАСИБО за то, что открыли .незаслуженно забытое имя. Мир его праху.

    • Очень даже интересно читать!) Ведь это тоже часть жизни этого дома… Возможно в скором времени я дополню свой рассказ, или уточню детали. Так что заходите ко мне еще!)

  2. Ну, теперь уж я Ваша постоянная читательница.Вы ко мне тоже загляните, при Вашей возможности, по указанной ссылке URL Я как раз написала пост об Одессе, который продолжу с упоминанием Аркадии. Воспользуюсь Вашими сведениями — Вы ведь мне уже дали разрешение.Конечно, обязательно упомяну Ваш замечательный блог.

    А говорят — чудес не бывает. Ходила по санаторию и думала-думала, что же здесь было?Ведь не мог это быть советский новострой.Заходила в администрацию, там расспрашивала. Все только плечами пожимали. И как ответ на мои мысленные вопросы — Ваш блог.

    Еще раз — СПАСИБО.

  3. Утрачена не только верхняя часть правой ротонды. В левом ризалите исчез эркер, украшавший его лицевую плоскость.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *